Гумилеву

Как трепетно я вглядываюсь в строки
Любимого поэта, Гумилева.
Который раз я чувствую смущенье
От откровенности, жестокой и прекрасной.
Который раз я чувствую, как тонко,
Но цепко грудь мою схватили пальцы.
Испуг, сомненье, радость, преклоненье
Ее наполнили, надолго захватили,
И я не знаю, что мне делать с этим.
Прогнать? Нельзя, оно уже со мною,
Как то, «шестое чувство» Гумилева,
Которое приходит к нам однажды.

 

В 17 лет в 15.30

Почему-то мне хочется дарить тебе свои фотографии,
Почему-то мне хочется целовать твои сильные руки,
Почему-то мне нравится, что мы с тобой расстаемся,
Почему же все это кажется мне таким жутким?..
Почему-то мне верится, что с тобою не будет больно,
Будет сладко, тепло – как прикована я к батарее,
Почему-то мне верится, что я тебя все же стою,
Почему–то не плачется, и глаза мои хорошеют.

Через пару лет
Я скажу привет,
Через пару зим
Все ж теплей не станет.
И не грянет дождь,
И не ты придешь.
Может, в три весны
Все вокруг растает.
Через сколько лет
Пара сигарет
Все сожжет дотла,
Седину подпалит.
Через столько зим
Будешь ты один,
Буду я одна,
Хуже мне не станет.
Через сто веков
Мы сотрем любовь,
Мы сорвем цветы
На последнем камне.
Через сто эпох
Будет плакать Бог.
Пусть он все простит,
Но беда настанет.

Кто же знал,
Кто знал,
Что не нужно время,
Ты себе солгал,
Ты и мне  солгал,
Это чувство – бремя.
Через пару лет,
Превратившись в бред,
Это тайной станет.
Я даю обет,
Через пару лет
Обратить все в камни.

 
 
Оксане Петровне
 

     В прозе

Хочу просто и ясно изложить свои мысли,
Хочу, чтоб самой стало понятно,
Что происходит в моей жизни.

Да, метафоры  - нужное дело, да и без тропов не найти тропинок,
Да, эпитеты – хорошая штука,
Но в них слишком много изгибов.

Хочу четко и внятно по полкам разложить свою душу,
Хочу осознать и проникнуть – 
Что в своей жизни рушу.

Хочу снимать документальные фильмы про осень,
Но листья – не документы,
О чем же ты меня просишь?

Хочу обалдеть от вновь пришедшего счастья,
Но придет оно – не замечу,
А несчастье привечу: «здрасте!»

 

 

Заметелило, заснежило, завьюжило.
Красный снег, жемчужная пурга,
Загрустнело леденело сердце южное.
Здравствуй, вечер! Здравствуйте, звезда!
Я на вас давно смотрю и думаю,
Может, вы такая, как и я?
Может быть, вам тоже спать не хочется,
Взгляд роняя в древнюю тоску.
И на вас набросилась бессонница,
И один вопрос у вас: «К кому?»

Не погас, не замер, не замедлился
Светлый блик, бегущий к небесам – 
Огонек надежды вдруг затеплился.
Здравствуй, небо! Здравствуйте, звезда!


2000 год

 
 

     Девочки

И я тебя не поняла,
И ты меня не поняла,
И все окончилось печально,
Как будто не было любви.

Но я не первая ушла,
А ты, я знаю, не со зла,
И все окончилось банально,
Как будто не было любви.

Мое письмо ты не прочла,
Твое письмо я не нашла,
В почтовом ящике пустынно,
Как будто не было любви.

А ты не ищешь новых встреч,
И в сердце горькая картечь,
И губы пахнут не малиной,
Как будто не было любви.

Не будешь больше утешать:
«Родная, милая, не плачь».
И я не жду, мечты лелея, 
Как будто не было любви.

Увижу ль я еще тебя
Иль буду мучиться любя,
В чертах другой найти надеясь
Осколки треснувшей любви.


Сентябрь

1999 год

 

     Звонок

Алло!
Я сегодня покончила с жизнью!
Алло!
Все равно ты меня не услышишь…
Алло!
Я сегодня с балкона упала!
Алло!
И, разбившись о камни, рыдала!
Гудок.


1 ноября

1999 год
 

 

     Осенний вечер

Я захлопну шторы,
Я закрою двери,
Никого не знаю,
Никому не верю,
Не залезут воры,
Не разбудят дети.
Упадаю, тая,
Никого не меря.
Ненавижу солнце, 
Обожаю ночи,
Что одни и те же,
Что мечты короче.
Отворю оконце
И спрошу, что хочет
Та звезда на небе,
Что помочь мне может.
Упадаю, тая,
Никого не меря.
Улечу подальше,
Побегу быстрее.
Ни весна седая,
Ни стальные двери
Мне помогут раньше, 
Чем звезда-потеря…

Во дворе затихло,
Не шатает ветер
Моих штор багряных.
Умирает вечер.
Ничего не вышло,
Угасают свечи,
И никто не знает,
Отчего не вечны
Ни звезда на небе,
Ни слепые окна.
Поливает дождик,
И давно промокли
И звезда на небе,
И слепые окна,
Да и серый дождик
Чуть сопит промозглый.


сентябрь

1999 год
 

 
     Маленькая осень с бархатным дождем

 

Ласковая, робкая, маленькая капля –

По стеклу скатилась белая слеза,

А за ней другая, со щелчком приятным,

Так с шального севера движется гроза.

 

Небо загустело, тоненькие листья

Задрожали нежно, словно серебро.

Этот шорох зыбкий не могу забыть я –

По ночам мне снится битое стекло.

 

В маленькую форточку постучалась осень,

И тоской безмолвною окатило дом,

Принесла в подарок золотую россыпь

Маленькая осень с бархатным дождем.

 

Грустная, игривая, нежная, шальная,

На лице задумчивом серебряная пыль,

Но улыбка дерзкая, чуточку больная,

По щекам играет, как степной ковыль.

сентябрь

1999 год

Отключите мне телефон,
И я растворюсь, я грешная,
Я насквозь кружевной шифон,
Я безумная, я нездешняя.
Я бегу наугад, навзрыд,
Я ломаю тупые лестницы,
Я не знаю другой судьбы,
И сама себе собеседница. 
Отключите мне телефон,
Вы спасете мое одиночество,
Не прервется глухим звонком 
Полынья моего отрочества.
Отключите мои глаза,
Но оставьте звуки волшебные,
Обойдусь как-нибудь без вас – 
Вот такая я, дикая, вредная,
Обойдусь как-нибудь без всех,
Но оставьте мне мою музыку. 
Вы оставьте мой собственный грех
И не спрячьте в карманы по ключику.
Вы заприте за мною дворцы,
Пусть меня растерзают комнаты,
Я обрежу свои уздцы,
Буду легкая и нескромная.
Я забуду о вас навсегда
И умру, ото всех отключенная,
Я услышу лишь поезда,
Что бегут, как и я, обреченные…


осень

1999 год

 

Отблески пожаров, тревожные зарницы,
Утра беспокойные, дрожащие ресницы.

Тихо, осторожно ходят пешеходы,
Кажется, застыли сумрачные годы.

Ветер. Непривычно тускло светят звезды.
Будет, что-то будет, беги пока не поздно.


сентябрь

1999 год

 
 

Выпал снег на зеленые листья – 
Так предательски май напугал
Молодого смешного таксиста – 
На стекло лобовое упал.


5 мая

2000 год

     Музыка Бальмонта

Что такое музыка Бальмонта?
Это есть мелодия стиха,
Это есть одно большое Солнце.
В каждом звуке - прелесть, чистота.

Это неразгаданная тайна,
Каждой ноты нежного стиха,
Каждая строка необычайна  -
В трепете  слогов рука легка.

Песня, что поется между звуков,
Звезды, что сияют между строк,
Каждая серебряная буква,
Кажется, спустилась с облаков.

Что такое музыка Бальмонта?
Это стих, парящий в небесах,
И поющий пламенно и звонко,
Это дивных песен альманах.


ноябрь

1999 год

 

    Про Кобейна и про первую любовь

Ты никогда не смог бы быть со мною,
Не отыщи тебя мой милый друг,
И ты не смог бы стать моей звездою,
Не покажи тебя мне милый друг.
Да не смогла и я бы стать твоею,
Не окажись он на моем пути.
Я каждый миг, я каждый час болею
Тобою и желанием найти,
Найти твои черты в воспоминаньях
И опознать средь многих облик твой,
Пускай не в километрах расстоянье,
И разделяют годы нас с тобой,
Я все равно догнать тебя пытаюсь,
Как завещал когда-то милый друг,
Но с каждым годом с грустью удаляюсь,
И ты меня покинул, милый друг.


2000 год

 

Еще одни синие сумерки,
В которых утонет асфальт,
По которому легкие туфельки
Барабанную дробь отстучат.


18 июня

1999 год
 

 

    Новоникольскому краю


Люблю в тебе, моя деревня,
Дыханье пыльное степей,
Твой желтый колос, ветра пенье,
И нежный шепот ковылей.

Люблю в тебе, моя природа,
Сиянье бежевых берез,
Реки задумчивые воды,
Унылый глиняный утес.

Люблю я в вас, леса родные,
Незримый лепет мошкары,
Ветвей сплетенья густые,
Цветы, немые от жары.

Люблю в кувшинках златолистых
Узоры капель от росы,
Река в их красочном монисто
Полна печальной красоты.

Люблю осенние закаты,
Что дарят лесу цвет бордо
И наполняют ароматом
Полей душистое вино.


август

1999 год
 

 

Дул ветер, синий и прозрачный,
Смеялось солнце в вышине,
А ты стоял, такой невзрачный,
И улыбался только мне.
И для меня глаза светились,
И для меня твои слова,
И мы с тобой соединились
На кромке желтого луча.


октябрь

1999 год

 
 

    Странности

 

Эти маленькие странности

Вижу я уже давно.

В нежном облаке туманности

Вижу странное кино:

Все как будто перевернуто,

Все как будто не со мной,

Тонкой пленкою подернуто

И повернуто спиной.

Все как будто как положено,

Если в стеклышко смотреть,

Только стеклышко расколото,

И за ним беспечный бред.

 

Эти маленькие странности

Я заметила давно.

Цепь предсказанных случайностей

Все запутала в одно…

Как назло, но не звонит он мне,

Мой далекий нежный друг.

Кто-нибудь, по чьей-то прихоти…

Вы скажите, я же жду.

2000 год

    Осень

Осень мне на сердце наступила
И листвой засыпала глаза,
Чтобы я ее не ощутила,

Чтоб не растревожила гроза,
Чтобы я не знала, что мне грустно,
Не боялась крыш и проводов,
Где сейчас так сумрачно и пусто,
Нет ни птиц, ни уличных котов,
Чтобы я на небо не смотрела,
На его повисший капюшон…

Осень слишком много захотела,
Не могу и не хочу ходить с зонтом.
Мне придется видеть эти листья
И грустить под ноющим дождем,
Видеть город, тающие лица,
Тосковать о вечном и своем.
Я могу и сдохнуть лишь от грусти,
От печали, плачущей навзрыд,
Я могу упиться нежным хрустом
От летящих листьев на гранит.


10 сентября

2000 год
 

 
 

Исчезнет свет, уйдут сомненья,
Во мне останется печаль.
Желанье боли - страх, виденья,
И белым снегом стынет даль.
Вираж - паденье, это слезы,
В которых прячется весна, 
А где-то синь, и спеют розы,
И ангел пьет нектар до дна.
Не мыслить солнца - не проснуться, 
Оставить грустью старый дом.
Упасть и встать, но пошатнуться. 
Остался каждый при своем.

Весна - виток для новой боли.
В ней кто-то ищет перемен,
А кто-то борется, и солью
Срывает накипь с талых вен.
С безумным блеском смотрит в лужи, 
Ответов нет, в вопросах - грязь.
И голос плачущий простужен,
И в белом ниток красных вязь.
Так мир почувствует безумный,
Так окунется в порох ствол,
И взгляд останется подлунным,
И станет больше грез, чем зол.

Кто не умеет, тот и любит,
Кому дано, тот не поймет, 
А что с одним несчастным будет, 
Кто видит мир наоборот?
Ему ли жить, где все без жизни, 
Ему ли быть пророком дня,
Он ничего не ждет от ближних,
Он песнь солнца, песнь дождя.
Он ничего вернуть не сможет,
А значит он не сын надежд,
Лишь в чьей-то жизни он прохожий,
Но этой жизни больше нет.

А от нее не пахло маем-
Больным октябрьским дождем.
Она все время шла по краю,
В мечтах и думах о своем.
Она ловила чьи-то взгляды,
Она бросала их сама.
А жизнь хлестала серым градом.
И без пристанища и сна
В больной октябрьской погоде
Она искала чистоты,
И находила что-то вроде
Осколков, бликов и воды.

    Сны

Почему не снятся продолженья 
Наших самых лучших, самых нежных снов…

Мне вчера опять приснилось лето.
Я любила солнце. Утонув,
Я купалась в море, а с рассветом
Я смотрела с кем-то на звезду.

Мне вчера опять приснилась осень – 
Превратившись в иней, я легла
Там, где он, любимый мною, бросил
Листьев горсть, сгоревшую дотла.

Я вчера летала в самолете,
Там была пилотом, а потом
Вдруг упала, став речным потоком,
А любимый стал лесным ручьем.

А еще мне часто снится город,
Я бегу по улицам, спешу,
И, нагнав кого-то, кто мне дорог,
Просыпаясь, радостно дрожу.

Почему не снятся продолженья
Наших грустных и веселых снов?
В памяти забывчивой виденья – 
Все, что оставляет миру ночь.

 

2000 год

 
 

Уже стемнело за окном.
Сижу одна. Пишу тебя.
Я просмотрела свой альбом.
Там фотография. Твоя.
И образ твой в моей душе.
И голос твой. Внутри меня.
Поговори же обо мне.
А я услышу. Это я.
Молчишь? Прошу, поговори.
Мы будем рядом. До весны.
Я стану звуком. До зари.
Я буду слышать. Это ты.

 

    Без настроения

В колонках бредят «Фэт Бой Слимы»,
А на полу – карандаши,
Плакаты кислы -  все в них мнимо,
И ни клочочка для души.
(Скрипит разорванный фломастер,
И где-то спрятались часы)
Я рисовала человечков,
Сейчас мерцаю в потолок,
А из кастрюли пахнет гречкой,
И не работает звонок.
(Кто постучится – не услышу.
А разве я кого-то жду?)
Маньячно лыбит Лагутенко,
Стреляя сексом со стены,
Но мне сегодня параллельно.
И вдруг заткнулся «Фэт Бой Слим».
(На полке бесится Ключевский,
Его сегодня не коснусь)
На правой стенке Леонардо,
Его «Титаник» утонул,
А впрочем, так ему и надо, 
Его я видеть не могу.
(В цементе сером вязнет крыса,
Она обломана навек)
А я соскучилась за кем-то,
Сижу и думаю о нем.
Мне вяло дарит комплименты
Мой раскуроченный альбом.
(А у соседей, верно, праздник.
Пойду и в душе утоплюсь).

 

 
 

     Екатеринбург


Белый снег, серый лед
На подмостках чужой весны.
Одеялом лоскутным на ней
Город, укутанный в сны.
А над городом плывут облака,
Над рекою нависший мост,
А над городом желтый дым,
Это город потухших звезд.

И две тысячи лет война
Между теми, кто здесь живет.
Война - дело молодых.
Серый снег и погасший лед.
Красная-красная кровь.
Через час это тротуар,
Через два она снова жива,
Через три -двадцать пятый кадр.

И мы знаем, что так было всегда:
Этот город примет того,
Кто живет по законам другим,
И идет за своей звездой.
Он не помнит слова да и слова нет
И идет поперек судьбы,
Он способен дотянуться до звезд
И коснуться своей мечты.

 

    Ночь в поезде 

Луна висит зеленым шаром,
Звезда горит стальным огнем,
В вагоне холодно. Устала,
Хочу грустить с луной вдвоем,
Но медлит поезд, и колеса
Еще отчетливей стучат,
Мне просто тихо, просто слезы,
И руки … оторопь… дрожат…

Луна все так же зеленеет,
Звезда смеется, и мороз,
Как в старой сказке свирепеет,
Как будто ждет замерзших слез.
Но я не мерзну, я не злее,
Я только кутаюсь в себя
И жду, когда зазеленеет
Луной чаруема звезда.

 

На туманную память набегает печаль,
На квадратное сердце навалилось оно.
На пунктирные нервы давит мистраль,
На глазные зрачки - чашка пролитого кофе.
Беспредельной любовью она еще дышит,
Безраздельною синью глаз его ждет.
Чувства в углах, как пугливые мыши.
А под ребрами - чашка пролитого кофе.

 

    Звезда над Вифлеемом
 

А не уйдет ли  что-нибудь святое,
Волшебное…
Не проскользнет ли мимо нас?..
И эта ночь. Все счастливо покоем
Сознания,
Что это.., сей же час,
Войдет в сердца, заполнит наши души,
Сакральное…
Блеснет, и вот звезда,
Зажженная к рождению Иисуса,
Сиянием…
Мы скажем Небу «Да!»
И взором устремимся в это Небо,
Рождественно,
Прекрасно все вокруг.
Все так, как было там же, где я не был,
Божественно,
И звоном полон слух.
Но я осознаю, что где-то рядом
Безумствуют,
Не зная, что творят.
Я их своим окидывая взглядом,
Зову с собою…
Мешкают – молчат.
Я вновь взгляну в рождественское Небо,
Торжественное
Светом своих звезд,
Но ярче всех Звезда над Вифлеемом,
Священная,
Надеется и ждет!

 

    Я в 17 лет в 15:30

 

Я падаю пред миром на колени,

Я чувствую себя еще подлее,

Я двойственна, я пакостна, я ложь,

Я вновь соприкасаюсь с мерзлотою,

И стыдно жить под белою звездою,

Я спрячусь так, что в жизни не найдешь.

Я в ненависти ненависть рождаю,

И все возненавидев, умираю,

Я свергнутый олимповский божок.

А я и не пытаюсь стать добрее,

Я в злости этой чуточку храбрее,

Когда-нибудь покину свой мирок.

И если мне когда-нибудь удастся

Над ним, во мгле запутанным, подняться,

Я злость свою за все благодарить

И днем и ночью буду неустанно,

И там я никому не буду странной,

Там все как я: от пыли до звезды.

22 октября

2000 год

Шкафом станет новый мир,

Богом станет мой кумир,

Солнце станет чьей-то лампой.

Все остальное умрет.

 

Белым станет черный цвет,

Мигом станут сотни лет,

Море будет в чьей-то ванной.

Все остальное сольют.

 

Серой сделают мечту,

Память нежности почтут,

Злобу сделают любовью.

Всех остальных убьют.

 
 

    Другу

Не скучай, все вернется.
Грустным дождем 
Миг и страх обернется  - 
Мы будем вдвоем.

Не скучай, все вернется.
Серый мир заблестит.
Наше солнце проснется
И луна залетит.

Ты не плачь, будем вместе.
Только мы и оно.
Ночь, как штору, повесим
И закроем окно.

Ты не плачь, будем вместе.
Мы тоскуем без слез.
Сотни маленьких бестий – 
Слезы. Лишь вздох.

Ты не плачь, будет лето,
Будет синяя грусть.
Ты пройдешься раздетым 
По тропинке из бус.

Ты не плачь, будет лето,
Мы научимся ждать.
По скрижалям из света 
Будем жить. Будем знать!

© 2016 by Zhanna Sinelnik & Velkin Labs

  • Vimeo Social Icon
  • YouTube Social  Icon
  • Instagram Social Icon
  • Facebook Basic Square